Будем к Церкви относиться с доверием, будем беречь нашу Церковь.

Дорогие братья и сестры! В прошедшее воскресенье по окончании ранней Литургии о. Михаил обратился к прихожанам с проповедью, которую мы публикуем здесь. Тема: Решение Синода о прекращении евхаристического общения с Константинопольской церковью.

«У нас есть новость, о которой вы наверняка знаете. Решением Русской Православной Церкви было прервано евхаристическое общение с Константинопольской церковью. Почему это произошло? Это мы тоже знаем. Потому что Константинополь, ссылаясь на какие-то мнимые преимущества, ни на чем не основанные, вмешался в церковную жизнь на Украине. Церковная жизнь на Украине всегда была чревата расколами, там всегда были националистические настроения и эти стремления никак не связаны ни с церковной жизнью, ни с христианской любовью, ни с универсальностью Церкви. Они вынудили некоторых людей уклониться в раскол, и вот 25 лет этот раскол на Украине дремал до последнего времени, потому что из политических соображений, из соображений финансовых Константинопольский патриарх решил дать каноническое общение раскольникам и тем самым вмешался грубо в церковную жизнь на Украине. И наших братьев, которые там жили эти 25 лет на положении исповедников: их избивали и убивали, выгоняли из храмов, я ездил на Украину был в Почаевской Лавре, когда ее пытались брать, я это видел своими глазами, наших братьев Константинополь поставил в очень тяжелое положение, именно поэтому Церковь прерывает с Константинополем Евхаристическое общение.

Константинополь открывает на Украине ставропигии и хочет дать мнимую автокефалию. Почему мнимую? Потому что Русская православная церковь, Украинская православная церковь Московского патриархата, настоящая, каноническая, признаваемая всеми церквами, она в эту автокефалию не идет, она ее не просила. Просила автокефалию государственная власть Украины. Это говорит о том, что все изначально строится не правильно. Потому что не Церковь просит автокефалию, а государство. Это можно сравнить вот с какой ситуацией. Представьте, к вам домой приходит чужой человек и говорит: «Я когда-то здесь жил». Он вам продал эту территорию, но говорит: «Я здесь жил и поэтому я тоже опять буду жить здесь, половина квартиры принадлежит мне!». Вот это сегодня сделал Константинополь.

Что значит разрыв Евхаристического общения? Это значит, Синод это очень четко определил, что мы не можем с ними служить и участвовать в таинствах. Братья и сестры, переживать не надо. Почему? Мы от этого нисколько не страдаем, и особенно от этого не страдает нисколько православный мирянин, потому что Таинства Константинопольской Церкви нам особо-то и не нужны. На юрисдикции Константинопольской церкви находится очень много Святынь: таких, как мощи Спиридона Тримифунтского, и еще много мощей, икон чудотворных и прекрасных знаменательных мест. Мы можем спокойно ездить, прикладываться к мощам, как мы ездим на католическую территорию прикладываться к мощам Святителя Николая в Барри. Мы не можем там причащаться и исповедоваться, собороваться, венчаться, принимать таинства, креститься. И это минимальная мера. Очень важно понимать, что проблема, которая сейчас существует это не спор о территории, не спор о влиянии, не спор о деньгах. Мало кто задумывается, но вот эти привилегии, о которых говорит Константинополь, связаны с тем, что со временем в Константинопольской церкви сформировалось неправильное учение о церкви. Как когда-то в Римской. И Римская, и Константинопольская церкви они вышли из Римской империи. Римская империя языческая. Она жила обожествлением царской власти. Царь в Римской империи был не только главой государства он был Понтифик Максимус, он был верховный жрец. Римляне верили в то, что вселенная это Рим и если Рим падет, то вселенная падет. И вот Рим распадается на две части, разделяется после смерти Константина через некоторое время. Появляются Западная и Восточная части империи. Восточная часть империи это Византия. Она живет под гнетом императора, в церковном смысле под гнетом почему? Если почитать исторические свидетельства мы увидим, что императоры позволяли себе входить в алтарь, кадить, издавать вероучительные тексты, во всем вмешиваться в церковную жизнь, потому что они чувствовали себя Понтифик Максимус, верховными жрецами. Евсевий Кисарийский пишет, что император – это епископ общих дел церкви, внешних дел церкви. Только в 312 году Константин Великий признает христианство разрешенной религией, только в 375 году император Грациан официально отказывается от титула Понтифик Максимус. На Западе, поскольку туда в свое время пришли варвары, сначала готы, вандалы, лангобарды и снесли практически полностью старую империю, верховной властью остался Римский Понтифик, римский епископ. И римский епископ, начиная с Льва Великого вот эту универсальность империи, универсальную власть, «империя это центр мира», он начинает прилагать к церкви. И вот это понятие универсальности имперской оно приводит к тому, что со временем Римо-католическая церковь начинает претендовать на власть над всей церковью. Ведь и греки в свое время порвали с Римом не из-за территории и не из-за власти, а не из-за неправильных представлений о церкви. Это представление, изначально языческое, о том, что все должны подчиняться одному центру, потому что это сакральный, священный, вечный центр – это империя. Языческое представление. Вот это представление сохранилось и на Востоке. И когда в 1453 году пал Второй Рим, пал Константинополь, единственный представитель власти на востоке остался Константинопольский патриарх. И вот уже тогда они пытались говорить о своем превосходстве, об этом пишет Дмитрий Хоматин болгарский архиепископ.

Сегодня эти же представления, папистские представления, созрели уже в Константинопольской церкви. И мы сегодня по отношению к ним стоим в том же положении, в котором в IX и XI веках греческая Церковь стояла по отношению к Риму. Почему это говорю? Потому что многие из нас с недоверием относятся к власти, и это естественно, потому что история последних десятилетий, и может быть даже целого столетия, говорит нам о том, что власть всегда бросала и предавала народ, и мы не доверяем ей. И мы в значительной мере не доверяем церковной власти, есть очень много скандалов, и много действительно настоящих причин ей не доверять. Но мы не должны в этом недоверии терять доверие к самой Церкви. Мы должны помнить, что Церковь Христова она водима Духом Святым. И мы должны помнить, что Церковь русская это Церковь Сергия Радонежского, Серафима Саровского, это Церковь наших новомученников, сонма целого вот этих чудных Святых, которые стоят сейчас за нашими спинами, находятся над нами и за нас молятся. И в этом смысле оказать недоверие самой Русской Церкви, отказаться от своих корней это неправильно. Сегодня мы подошли к такому моменту, после которого вполне возможно, если церковь не примирится со временем, мы совсем разойдемся с греками. Потому что те представления о церкви, которые у них изначально сложились они языческие, они не близки Евангелию, они не близки Апостольским посланиям и не близки священному преданию. Вот то, что мы считаем было в греческой традиции просто заискиваньем перед императором, было искренней верой в то, что он священен и в то, что власть административная она священна.

Поэтому я прошу всех с пониманием отнестись к сегодняшней ситуации, с доверием отнестись к решению Синода. Поверьте, если посмотреть на то, что реально происходит, на то, как разно мы мыслим о Церкви, ведь решение Синода это малая толика того, что надо бы было сделать, потому что по совести, надо Константинопольскую церковь объявлять раскольнической.

В ответ на позицию Московского патриархата по вопросу первенства, а Московский патриархат изложил эту позицию в особом определении «Позиция Московского Патриархата по проблеме первенства во Вселенской Церкви» от 25 декабря 2013 года. Митрополит Бурцы Элпидофор (Ламбриниадис) греческий написал статью и она размещалась на сайте Московского патриархата «Первый без равных». Знаете, что он там пишет? Он там пишет, что Московский патриархат заблуждается в том, что он Первенство Господа отличает от вторичного первенства епископов. Он говорит «это одно первенство». Он эти первенства отождествляет. Знаете, кто первый отождествил эти первенства Папа Иннокентий III, когда объявил себя викарием Христа. Кто такой викарий? Это носитель власти начальника. Если я викарий, а у меня есть начальник, значит у нас одна и та же власть. Вот как сейчас учит Константинопольская церковь. Константинопольский патриарх теперь стал викарием Христа. Об этом писал еще Дмитрий Хоматин в XII веке и не только он. В XIV веке Патриарх Антоний Константинопольский пишет нашему князю Василию Дмитриевичу письмо с претензией, о том, что в наших церквах перестали поминать византийского императора. У нас в церквах поминали византийского императора!!!!! Это была религиозная вера, они верили в то, что это священно. И вот эта религиозная политика сегодня в Константинопольской церкви это основа их идеологии, их учения о церкви. И среди прочего Патриарх Антоний пишет, о том, что «он от самого Христа принимает власть. Власть его это власть Христа и кто унижает его Константинопольского патриарха, тот обижает Христа». Вот сравните высказывания Антония и Инокентия III. Найдите различие, хоть одно. Ни одного не найдете.

Поэтому давайте будем внимательны к церковной жизни и как бы мы не относились к нашему священоначалию, будем к Церкви относиться с доверием, будем беречь нашу Церковь. Нашей Церкви более 1000 лет, у нас огромный сонм Святых, у нас прекрасная история, у нас свое богословие. Мы больше, чем все греки вместе взятые, сильнее, богаче и умнее. И поэтому мы без них проживем. Они без нас пускай живут, как хотят. Переживать по этому поводу ни в коем случае не стоит, нас это никак не коснется, в том смысле, что мы ничем от этого не пострадаем. За Украину надо обязательно молиться, чтобы Господь жизнь там умирил, а наших братьев поддержал, что бы раскол там был прекращен, чтобы раскольники знали свое место. Спаси Вас Господь!»